Зимой 2017-го главным открытием Нацотбора на конкурс Евровидение стала группа Сальто Назад. Изящный фанк-номер О Мамо, обворожительная Сандра и необычные танцы фронтмена группы Саши Таба — широкая аудитория вмиг полюбила этих ребят, а меломаны чесали затылок: откуда они вообще взялись?

Шутки шутками, но стоило внимательнее прислушаться к аранжировке и сразу становилось понятно: это вовсе не простые ребята с улицы. Практически в каждом интервью Саша рассказывал: Сальто Назад — часть большой дружной семьи лейбла Rookodill’a.

Здесь же обнаружились некто [О] с психоделическим клипом к синглу Чую. Невероятная и космическая музыка, удивительный вокал. А они кто такие? Годом позже [О] стали частью лейбла Masterskaya. Саунд-продюсер Сыр & Laud (тогда еще малоизвестный, но перспективный вокалист Влад Каращук) и сингл Вiдчуваю — идеальный летний танцевальный трек с заразительным припевом. Просто по фану эти ребята делали потенциальные радио-хиты.

Rookodill’a никогда не были андеграундом. Здесь всегда выпускали стильную, качественную, приятную музыку в диапазоне от фанка, соула и джаза до клубной электроники с акцентом на диско и хаус. И, конечно, хип-хоп — это незримая нить, объединяющая всех на лейбле.

В инфо-облаке вокруг Rookodill’a периодически мелькало имя: Ванек Клименко; с подачи Вани Клименко; нас познакомил Ваня Клименко. Казалось, что идеолог намерено держался в стороне. Ну а позже выяснилось: Сальто Назад — вовсе не эксцентричный party-дуэт, созданный «под Евровидение», а уважаемая в узких кругах опытная регги и хип-хоп группа с внушительной дискографией. Ваня Клименко — один из ее участников.

В это же время появилась MamaRika, в прошлом певица Эрика. Выпускница украинской Фабрики Звезд с подобающим материалом из тяжеловесных баллад и тривиальной поп-музыки. Ее перевоплощение было невероятным! Настя Кочетова (настоящее имя певицы) вернулась в образе дерзкой и задорной funky-mama с мощным, хитовым материалом в стиле хип-хопа, фанка и соула. MamaRika не скрывала, что новым творческим импульсом стало сотрудничество с саунд-продюсером Ваней Клименко.

Из свежего: за аранжировкой к последнему синглу Jamala Крила стоит анонимный продюсерский проект The Sekta, в который входит… Впрочем, вы догадались.

Что и говорить, настоящий профессор Мориарти украинской сцены, человек, через которого проходит множество внутренних связей, артистов, музыкантов, лейблов, продюсерских центров. В ожидании личной встречи с которым рисуешь мистический образ: силуэт в темной студии вещает среди мерцающих светодиодов и индикаторов. На деле оказывается совсем иначе. Ваня — слегка уставший, фиксирующий в голове сотню дел одновременно, но вместе с тем веселый и приветливый. С радостью показывает комплекс из четырех студий, обустроенный в старинной пристройке к жилому дому в тихом дворе в центре Киева. «Раньше у меня еще и дома была студия. Но потом мы с женой решили, что нужно оставить личное пространство для себя», — рассказывает создатель Rookodill’a.

Несколько дней назад Ванёк Клименко (а он предпочитает называть себя именно так) впервые «вышел на свет» с дебютным релизом собственного проекта Vanek Foundation. Релиз из 4 треков длится не больше 15 минут, но в этот емкий хронометраж вложена колоссальная работа.

Запредельный уровень. Всё звучит так, будто придумано, записано и сведено в лучших студиях. Аутентичный соул, джаз, изобретательная электроника и теплый, ламповый (здесь не обойтись без этой банальности) звук. Автор серьезно заморочился над саундом, долго подбирал нужные инструменты и технику, добиваясь мягкости и бархата американского соула, каким мы слышим его на архивных записях Motown и, вместе с тем, на современных релизах, положим, компании Stones Throw.

Плейлист: дебютный EP Vanek Foundation

Слово Foundation в названии неслучайно. В студию в разное время приезжали с два десятка друзей и резидентов лейбла. Казалось бы, вот оно — начало новой большой истории. Но для него это прелюдия. Пока в адрес дебютного ЕР Vanek Foundation одобрительно кивают меломаны, автор готовится к запуску сразу двух новых больших проектов. Осень для Rookodill’a обещает быть горячей, так что самое время для беседы.

Ваня скован во времени, он хочет поделиться всеми идеями, видео, демками, но с минуты на минуту должен подойти Саша Огнивец, один из лучших клавишников страны, многим известный как участник Dornabanda Ивана Дорна. Мы пробуем втиснуть это интервью в его график третий раз за неделю, отправляем Сашу на поиски кофе и переходим сразу к сути.

Саша Вареница: Я обратил внимание, что у тебя тут лежит несколько выпусков комикса Родословная хип-хопа. Их выпускает Илья Воронин и издательство Белое яблоко. Накануне запуска серии мы делали с ним материал — беседовали о том, как зарождался хип-хоп в Америке. Я думаю, если бы нечто подобное делали в Украине, ты был бы одним из героев. Как давно ты в музыке?

Ванёк Клименко: Серьезно или несерьезно?

Давай по порядку!

Хорошо. Несерьезно я в музыке с 2000 года. Впервые хип-хоп музыка впечатлила меня еще в подростковом возрасте в летнем лагере. В те годы я начал заниматься брейк-дансом. Помню, даже школа была, где я преподавал брейк несколько месяцев. Потом всё переросло в музыкальные зарисовки в стиле рэп, я очень любил фристайлить. В конце нулевых был бум на фристайл-фестивали, самые крутые проводились в клубе Патипа в Киеве. Многие из них я выиграл, дома даже кубки какие-то есть. Тогда я открыл в себе возможность очень быстро сочинять на ходу. Позже это помогло мне в работе сонграйтера.

Еще студентом устроился звукорежиссером на радио в холдинг ТАВР Медиа. Проработал там пять лет, попал в самое сердце поп-индустрии. Видел, как устроено радио изнутри: как песни становятся хитами. Ну и стал вникать глубже в поп-музыку и постепенно осваивал профессию аранжировщика. Устроился на работу к одному известному на тот момент специалисту, делал песни для разных исполнителей. В этот период я познакомился со многими продюсерами, артистами, музыкантами — это был полезный опыт. И в какой-то момент я понял, что готов работать сам на себя, собрал маленькую студию и решил всё делать самостоятельно: тексты песен, аранжировки, мастеринг, сведение. Я тогда совсем не понимал, как искать клиентов и что вообще делать, но был независим и прогрессировал как музыкант.

В этот период возникла группа Funk-U?

Примерно. Это был 2009 или 2010 год, яркий эпизод в моей творческой карьере. Группа просуществовала всего два года. Через три месяца после основания Funk-U мы выиграли в проекте Свiжа кров на канале М1, имея за плечами всего три песни, да и те в демках! Это был неожиданный поворот для нас самих. А на финальный концерт проекта на Контрактовой площади в Киеве собралось 70 тысяч человек. Можешь себе представить? Мы пили коньяк за сценой и тряслись от волнения. Наши песни вдруг зазвучали на всех радиостанциях и телеканалах. Казалось бы, мечта! Но длилось это недолго.

Мы играли специфическую музыку. Она никому особо не нравилась и не нашла отклика у массовой аудитории. Через какое-то время закончился контракт с каналом М1, там нам ставили в пример Потапа и Настю — мол, мы могли бы остаться в шоу-бизнесе, если бы перешли в такой формат. Но мы не умели делать такую музыку, да и не хотели. На этом всё закончилось. С другой стороны, и настоящей фанк-группой нас сложно было назвать. Скорее это была любительская попытка. Зато веселая.

В какой момент ты понял, что чувствуешь себя органично не на переднем плане, на сцене, а на заднем — в кресле саунд-продюсера?

Думаю, окончательно я утвердился в этом амплуа в тот момент, когда мы создали лейбл (Rookodill’a — прим.). Я тогда еще был участником первого состава Сальто Назад и гастролировал с группой в качестве артиста.

Получается, группа появилась еще до создания лейбла?

Да, и изначально это был регги и рэп коллектив, который состоял из двух продюсеров – меня и Сыра, а также двух МС — Саши Таба и одного рэпера, которому со временем это стало неинтересно, и он ушел. Нужна была замена, потому что под него было написано много куплетов. Поскольку у меня было небольшое рэп-прошлое, я подумал, что впишусь туда на время. И всё затянулось, понеслись концерты: Саша Таб всегда выполнял основную роль, я больше на бэках был, иногда диджеил и порой помогал как звукорежиссер.

Когда решили создать лейбл, изменилась и концепция Сальто Назад, музыка стала более взрослой. Для меня уже не было места в группе. Но во мне есть еще комплекс несостоявшегося артиста, не буду этого скрывать. Мне бы хотелось постоять на сцене, но теперь уже не за микрофоном, а за синтезаторами, например. Мы сейчас Секту создаем, и у меня есть надежда, что может пару раз где-то получится вот так постоять.

Расскажи про этот проект. Я слышал несколько демок — очень свежо. Вроде как вы продолжаете развивать тренд на этно-мотивы, но музыка довольно жесткая, какой-то трайбл, рейв. Местами я даже поздних The Prodigy вспомнил.

Секта — это совершенно новая история, мы только готовимся к запуску. У меня есть коллега Стас Черный, он вот сидит здесь через стенку, у него свой аудио-продакшн. Стас — талантливый музыкант, у него хороший вкус, и он слушает много электронной музыки. Мы оба много работаем с музыкой других артистов и тут вдруг как-то решили: надо же находить время и для себя! Загорелись затеей сделать что-то вместе, выкроили время и улетели в Тель-Авив. Там очень интересная андеграунд-тусовка, меня она вдохновляет. В совершенно другой среде мы буквально за неделю совместных прогулок выработали видение будущего проекта, а когда вернулись, начали делать. Как Секта мы решили работать в двух направлениях. Первое — запись собственного релиза, а второе — продюсирование треков других людей, которые нам нравятся, но с фирменным саундом Секты. Ну, знаешь, типа как The Neptunes?

Да, понимаю. А что за фирменный саунд, как ты можешь его описать?

Мы назвали это «племенной кач». Агрессивный вайб и качёвые ритмы с перкуссией, которые включают в себя немного от фанка, брейкбита, хип-хопа — такая шаманская музыка, но с украинской идентификацией. Она проявляется по-разному, где-то за счет вокала, где-то с помощью народных инструментов. Но тут есть один принципиальный момент. Нам бы хотелось делать международный продукт с украинским этно-кодом, а не музыку для внутреннего рынка из-за того что всё такое с этникой очень сейчас востребовано.

И это обязательно должна быть жесткая электроника?

Как минимум, концепт первого альбома такой. Жесткая электроника, но этим животным и утробным вайбом мы хотим доносить до слушателя посыл любви. В этом суть Секты: любовь через ритуальные танцы.

Когда запуск?

Надеемся, что выпустим дебютник этой осенью.

Ждем! Тем временем, у тебя на повестке сейчас другой проект — ты выпустил первый релиз Vanek Foundation. Я так понимаю, это был долгострой. Ты собирал интересных музыкантов вокруг себя, накапливал материал, доводил до блеска, и всё это сложилось в релиз.

Да, ЕР делался больше года. Я понял, что пока я живу, нужно исполнять свои мечты. У меня была какая-то прямо нездоровая любовь к фанку и соул-музыке. Несколько лет я был фанатом, прямо ничего другого не слушал.

И что за альбомы были в плеере в то время?

Мне нравилась тусовка Parliament / Funkadelic и сольные работы участников: Бутси Коллинза, Эдди Хейзела, все коллаборации Джорджа Клинтона (а их миллион — прим.). Ну и всё что около фанка: Commodores, The Jackson 5, Арета Франклин, Нина Симон, Эл Грин, Эрика Баду. Еще D’Angelo и его альбом Voodoо — это вообще вынос мозга для меня.

По-твоему, фанк всё еще жив?

Есть те, кто активно пытается его реинкарнировать, сыграть на современный лад. Поэтому жив. Вот YouTube-канал Colors — отличный пример того, как может звучать современный фанк или соул. В такой вариации он, безусловно, жив. А в классической постепенно устаревает. Мне вот допустим последний альбом Jamiroquai уже не очень понравился, как-то олдскульно звучит — в негативном смысле.

Однако как раз-таки в этом своем релизе я хотел отдать дань старому звуку. Думаю, следующий ЕР Vanek Foundation так звучать уже не будет. Это был своего рода пунктик — сделать аутентичную запись, что не так-то просто, как выяснилось. В России есть клевая группа The Soul Surfers. Вот они единственные, у кого круто получается играть фанк! Я даже как-то списывался с ними, мне с технической стороны было интересно, как добиться такого саунда. Поэтому я искал какие-то старые инструменты, комбики, микрофоны, записывался на разных студиях.

«Есть барьер между молодежью, которая слушает модный русский или зарубежный хип-хоп, и ее восприятием украинского языка в музыке. Украинский хип-хоп должен быть в первую очередь украиноязычным, иначе он априори становится русским»

В записи этого релиза приняли участия многие артисты твоего Rookodill’a. Недавно вышел хайповый ролик Konstrukt, где Oxxxymiron собрал всех резидентов своего лейбла, и они сделали один такой восьмиминутный мегатрек, в котором каждый себя показывает. Сейчас это модная форма репрезентации, вроде как всё лучшее и сразу одним треком. Ты ставил перед собой такую задачу?

Скорее нет, так сложилось. В этом релизе я не ставил никаких целей или сроков. Если честно, у меня вообще не было четкого понимания, для чего я это делаю. Мне просто очень хотелось сделать музыку в жанре фанка и соула, чтобы звучало старенько. Хотелось поставить себе такую галочку. Я привлек тех, с кем уже работал и общался — так появились Джамала, Laud, Марьяна Головко (Suok) и прочие ребята. Всего приняло участие 18 человек.

Как думаешь, проект получит продолжение?

После того, как я сходил на концерты Gorillaz и Massive Attack на фестивале UPark, мне захотелось продолжать творить. Появились новые идеи: как с другой стороны раскрыть соул и фанк. Мне сейчас это очень интересно, с нового года не терпится сделать новую EP. Девяносто процентов вероятности, что я запишу новый материал.

Секта, Vanek Foundation, лейбл, продакшн для других артистов, студия — тебе вообще комфортно в такой мультизадачности?

Уже не очень, поэтому с нового года хочу чуть меньше задач на себя положить и качественнее ими заниматься.

Ты со многими поп-артистами работаешь. Это просто работа, или ты находишь для себя какой-то интерес и в поп-музыке?

Я вкладываю душу во всю музыку, с которой работаю. Ну и к тому же, я не делаю прямо такой ужасный конъюнктурный поп, а стараюсь записывать что-то интересное в рамках музыки для широкой аудитории. Мне кажется, я уже больше 150 или 200 песен создал и продал для разных исполнителей. Всё это опыт аранжировки, сведения, записи. Конечно, если бы я эти 150 песен создавал исключительно для себя, когда ты можешь сконцентрироваться и есть все условия чтобы днями сидеть и создавать свою музыку, это было бы намного эффективнее. Я бы пришел к лучшим результатам. Эти 150 песен были бы намного интереснее, потому что в поп-музыке есть рамки, в которых я не могу реализовать все идеи. В любом случае, я люблю свою работу.

«У меня есть мечта — быть причастным к развитию хип-хоп сцены в Украине»

Есть еще один твой проект, о котором хочется спросить — это Collab Club. Я побывал там в качестве гостя и отметил, столько на этих мероприятиях живой энергии. Такой накопленный суперпотенциал, еще чуть-чуть и взорвется. Я не знал до этого про существование сплоченного андеграунда в Киеве. Думаю, если дать правильный импульс, может случиться история а-ля Versus. При этом у Collab Club абсолютно оригинальная идея: AUX-кабель и 4 минуты, чтобы проявить себя — это круто! Каковы твои цели в проекте?

Это общее начинание нашего лейбла с командой Artist Rescue. В первую очередь мы это делаем для музыкантов. У нас пока нет коммерческой стратегии, мы просто сделали два Collab Club исключительно за свои ресурсы. Цель простая: хочется, чтобы все прикольные музыканты собрались в одном месте, услышали друг друга, пообщались и обменялись контактами — чтобы это родило какую-то синергию. Оба события прошли очень круто. Уже на втором я видел, как люди группами разбивались, обменивались контактами — прикольно было наблюдать за этим во время перерыва. Будем стараться делать каждый Collab Club масштабнее и грамотнее.

Кстати, в плане общения — всё супер. Но только уровень музыки оставляет желать лучшего. Не всегда ведь чем глубже в андеграунд, тем круче музыка. Может, стоит вывести это на пару ступенек выше?

Будем стараться. Жаль, что ты не был на первом событии, там уровень музыки был намного выше, чем на втором. Музыканты попадают из разных слоев, всем надо перезнакомиться. Мы отбираем из тех, кто присылает заявки. Нужно донести информацию до более широкой аудитории, чтобы приходило больше заявок от мультижанровых артистов. Мы к этому еще придем.

А ты допускаешь, что в Collab Club может прийти реклама, будут онлайн-трансляции?

Если это появится само собой, мы допускаем. Почему нет? Если не будет мешать основной задумке и даст возможность большему количеству людей, то класс. Но менять концепцию, адаптироваться под спонсора, то, конечно, нет. Есть у меня уже такой опыт.

По-твоему, быть хип-хопу в Украине или нет?

Могу только надеяться. Есть барьер между молодежью, которая слушает модный русский или зарубежный хип-хоп, и ее восприятием украинского языка в музыке. Украинский хип-хоп должен быть в первую очередь украиноязычным, иначе он априори становится русским. Потому что если русскоязычный исполнитель здесь и выстрелит, он всё равно рано или поздно переедет в Россию. Сейчас вот появился, например, Лил Морти, который с Фараоном ездит в туры — это не украинский хип-хоп.

Или T-Fest…

Да-да. У меня есть огромная надежда, что этот барьер сломается и хип-хоп заполнит страну. Я люблю жанр, хорошо в нем разбираюсь. В моей жизни был период, когда я изучал биографии исполнителей, их тексты, собирал коллекции музыки. Да и сейчас стараюсь в ньюскуле разбираться. Я мог бы быть полезен в развитии хип-хопа в Украине. У меня есть понимание, как это делать, огромная база людей из андеграунда и авторитет. Если на них выйдут какие-то именитые продюсеры, не факт, что эти ребята будут с ними разговаривать. А со мной будут. У меня есть мечта — быть причастным к развитию хип-хоп сцены в Украине. Мы собственно с осени и запускаем нашего первого хип-хоп артиста — проект под названием Alyona Alyona. Будем создавать аутентичный украинский хип-хоп.

Alina Pash, Alyona Alyona… Хип-хоп в стране возродят девушки?

А почему бы и нет?!

У меня, кстати, была мысль по этому поводу. Вот смотри, в Украине в последние годы был огромный запрос на настоящего мужчину, который отвечает за свои слова и поступки, ведет себя достойно, не боится говорить правду. В том числе, таких вот «настоящих мужчин» не хватало и музыкальной сцене. Есть стойкое ощущение, что ни один из артистов, на которых было возложено это ожидание, его не оправдали: ни в поп-музыке, ни в рок-музыке, нигде. Хип-хоп музыка в этом плане — это ведь вообще про мир таких людей в форме глыб, прёт как танк, рубит в лоб, ломает систему под себя, свергает с трона конкурентов. Когда на сцене появляются такие личности, тогда всё и оживает. Не в обиду, но я не вижу таких артистов на украинской хип-хоп сцене. Те, с кем я знаком, они такие как бы пост-хип-хоп, берут от жанра музыкальную составляющую, но не амплуа. И тут я подумал: а может это просто страна у нас такая, где героем всегда должна быть женщина? Понимаешь, о чем я? Мы ведь выросли в 90-х, мужики без работы, в депрессии, пьют, а женщины тащат всё на себе. Вот всегда у нас в истории самые сложные задачи решает женщина. А вдруг и с хип-хопом так же?

Это очень интересная теория. Наш новый артист в каком-то смысле подтверждает то, что ты сказал. Ее зовут Алена, она учитель в начальных классах в сельской школе где-то под Киевом. И при этом она нереально круто читает рэп, это сенсация. Я когда ее открыл, показывал всем друзьям и говорил: «Вот так выглядит украинский 2Pac».

Так что попробуем благодаря девушке качнуть хип-хоп. Если получится, у меня есть кандидаты и среди мужчин — я для себя открыл недавно двоих очень крутых ребят. Если всё будет хорошо, доберемся и до них. Запустим еще пару ракет! Самое главное, у нас в андеграунде достаточно талантливых артистов. А значит, и нам всегда будет, чем заняться.

30 августа 2018

Подпишись на наш Twitter

и узнавай о новостях первым!
Papay 31 августа 2018 7:27
Много всего не дочитал пока. Отличный материал, действительно интересный...качественный звук, интересно будет послушать Секту. Респект ребятам.
Ответить  
Написать комментарий
Ваш комментарий