Часто бывает как: пишут в редакцию и говорят, вот, мол, у нас новый артист — звезда Spinnin’ Records, лидер всех чартов, давайте сделаем интервью. Что ж, давайте попробуем. Начинаешь беседу и слышишь: я-я, мой релиз, спасибо всем, снова я, мои фанаты. Зевая отправляешь диктофонную запись в корзину: извините, интервью не получилось. А хочется чтобы получалось. Как это сделать? Вот универсальный рецепт. Беседуйте исключительно с опытными артистами и диджеями. Беседуйте с теми, за кем не стоит армия пиарщиков, корректирующих каждое слово.

Впрочем, наш рецепт еще круче: оставьте друг с другом двух таких людей, включите диктофон и отходите в сторону

А потом составьте список таких героев от диджеинга и сами поймете, что же их всех — эрудированных, увлеченных музыкой, настоящих — между собой объединяет? Правильно, страсть к винилу.

Сегодня мы запускаем новую рубрику. Идея простая: MIXED•NEWS собирает «виниловый клуб» — диджеев, коллекционеров со стажем и владельцев лейблов. И культура винила — лишь отправная точка их беседы (или, если хотите, камертон). Дальше — вольная импровизация, остановить которую может только наш редактор.

Герои первого выпуска — Антон Кубиков и Женя Joss. Первый — один из основателей российского винилового лейбла Pro-tez, диджей с более чем 20-летним опытом, участник дуэта SCSI-9; второй — его коллега, но уже из Киева: основатель винилового лейбла Artreform, диджей и электронный продюсер. Весной этого года на Artreform вышел юбилейный 25-й релиз — ЕР проекта SCSI-9. Пластинка послужила началом дружбы и сотрудничества двух артистов и лейблов. Уже завтра Artreform представит свой шоукейс на Ostrov Festival в Киеве. Антон Кубиков — специальный гость события. Накануне вечеринки Кубиков и Joss поговорили об истоках творческого пути, специфике печати пластинок в Европе и поделились планами на будущее.

Евгений Joss: Давай начнем с того, что вспомним, как вообще всё начиналось, и как мы до такой жизни дошли. Что-то вроде экскурса в прошлое.

Антон Кубиков: Я эту историю кучу раз рассказывал. Моя первая официальная гастроль в качестве диджея произошла в Киеве летом 96-го. Приехали мы играть с диджеем Ухо. И бывший хозяин клуба, американец, оставил в нем два ящика пластинок с гараж-хаусом. При этом мы умудрились всё-таки нарыть себе там по парочке реликтов. С того момента я начал ездить по российским городам, в Киев, Харьков, Одессу. Из зарубежных была в основном Германия: Берлин, Франкфурт. Но это гастрольная история. А так, конечно, это первый клуб Релакс, где я играл на афтерпати: сначала по чуть-чуть, потом по 7 часов — настоящая такая и приятная практика.

Joss: А история с клубом Микс?

Kубиков: Это было уже на излете дефолта 98-го. Гонарары диджейские тогда сильно упали. И, кстати, эта история про «у нас кризис» клубами использовалась еще много лет подряд, чтобы платить поменьше. Первый промоутер Микса не смог собрать никого. Другой привел андеграундную тусовку, художников, музыкантов, но денег в баре они не оставляли. Третьим был Сергей Сергеев, у которого уже была наработана определенная аудтория, воспитанная с 96-го и платежеспособная. Он лично звонил по записной книжке, приглашал. В результате через какое-то время Микс стал очень даже популярным местом.

Получалось так, что основная публика приходила с 5 утра, а после 6 часов тогда играть никто уже особо не хотел. Вызвался я. И в определенный момент Микс стал афтепатийным — с аншлагом с 7 до 11 — и настолько культовым, что как раз за это время между диджеями чуть ли не драка шла. Других нормальных мест не было, андеграунд особо не поиграешь, а Микс наоборот привествовал классную музыку.

«В некоторых клубах в мире есть практика — на фейсконтроле спрашивают: „А Вы знаете, какой сегодня артист играет, на каких лейблах он выпускается?“. И сразу понятно, по адресу пришел человек или нет»

Joss: И какое понижение гонораров было в 1998 году?

Kубиков: До кризиса средний диджей получал до 200 долларов за сет. Вообще клубов было так много, что диджей мог заработать за ночь в разных местах до 500 долларов — это очень приличные деньги. Основной доход с билетов. Это сейчас 50 процентов с бара. То есть клубы зарабатывали со входа, и их было много, поэтому диджеи без работы не сидели. Но в 98-м вдруг осталась одна Пропаганда, где появились Четверги Санчеса, и вход стал бесплатным. Цены в баре были небольшие, и люди туда пошли. Четверги с джаззи-хаусом стали новым уровнем восприятия музыки, это оказалось главным местом в Москве. И до сих пор, заметь, оно является не то чтобы главным, но проходит по разряду must have, если люди приезжают из разных городов и стран — круто, когда так происходит спустя 20 лет.

Расскажи теперь ты: как начинал и с чего решил вдруг, что будешь диджеем?

Антон Кубиков

Joss: Тогда ощущался недостаток информации о музыке. Были разве что журнал Птюч и немногочисленные радиошоу, вроде тех, что записывали с BBC Radio 1, и которые мы каким-то чудом доставали. Обучаясь игре на пианино с пяти лет, к джазу, например, душа не лежала, к року тоже… А вот музыка с танцевальным грувом — она будоражила. И я подумал, что можно что-то подобное сделать самому. Попробовал, отправил на радиостанцию, и внезапно мне перезвонили и сказали, что берут трек в ротацию. Взяли еще один, потом еще, затем пригласили попробовать поиграть в клубе.

Kубиков: То есть первую известность ты получил как продюсер!

Joss: Да. В общем, в 96-м первый раз с дрожащими руками этот час выстоял… И начал потихоньку это мастерство осваивать.

Kубиков: А сводить-то ты тогда вообще умел?

Joss: Я как компьютерно образованный потренировался в программе с месяц или два. Уже не помню, как она называлась, но по внешнему виду напоминала культовый тогда CD-проигрыватель Denon. Но отправной точкой всё-таки стало то, что у меня получилось сделать музыку, которую взяли в эфир на радио.

Kубиков: Когда ты делал эти композиции, ты подразумевал, что они будут играть в клубе?

Joss: Конечно! Хотел, чтобы они звучали там. Здесь есть две стороны: с одной ты делаешь музыку, со второй — понимаешь, как ее нужно делать, играя в клубе. В 97-м или 98-м, даже стоя рядом с клубом, ты чувствовал магию. Больше этот грув негде черпать, не было возможности получить записи по интернету, CD шли долго, их было мало.

Kубиков: А я сначала стал диджеем, и уже спустя два года купил компьютер — и то только, чтобы в игрушки рубиться. Полгода из-за него не вылезал, пока не пришел друг со словами: «Чувак, у тебя же есть компьютер. Так давай, записывай музыку!». Он всё установил, я купил синтезаторы по каким-то рекомендациям…

Joss: Сразу диджеем, может быть, и хотелось стать, но когда тебе 15 или 16 лет пробиться просто невозможно. Все охраняли свое место. Поэтому я зашел с другой стороны. И, кстати, «цифровая эра» продлилась совсем чуть-чуть — когда появилась возможность с первыми заработками покупать пластинки, желание играть с компакт-дисков пропало.

«Не важно, какого года пластинка. Важно, что ты ее поставил в нужный момент, и она тебе нравится»

Kубиков: А у нас, знаешь, как было в Москве? По крайней мере, мне так кажется: андеграундные диджеи играли с пластинок, попсовые — с CD. Показательная история даже была: когда построили клуб Титаник, позвали туда молодых диджеев, у которых не было винила и которые до этого играли на CD. Им съездили купили пластинок, набрали библиотеку для клуба. Похожая штука была и с клубом Гиппопотам — его открыл француз в 1993 году, который привез с собой 500, может 1 000 пластинок, а потом нашел резидентов, чтобы там играли. Иными словами, в России винил у диджеев был с самого начала. Как только привезли эти первые вертушки в Санкт-Петербург, стали ездить диджеи и фарцовщики: собирали списки, смотрели чарты и рецензии по журналам и покупали винил. Либо особо продвинутые им заказывали определенные позиции. Такая вот история.

Joss: Это интересно! Но вот лично твое мнение — хотя в 2017-м я даже боюсь задавать такие вопросы — почему ты покупаешь и играешь пластинки?

Kубиков: Ты знаешь, важны тактильные ощущения. Мне все задают вопрос, мол, почему не читаешь электронные книги? А я не могу читать текст с экрана. Мне нужно взять книжку, перелистывать страницы — информация воспринимается по-другому. Внутри настолько сложился алгоритм, что я лучше воспринимаю музыку с винила. Доходит до абсурда: я записываю свою музыку и, разумеется, слушаю ее в процессе много раз… но перещелкивается всё в голове исключительно в момент, когда беру пластинку с собственной музыкой, ставлю ее на вертушку — и только тогда понимаю, работает это или нет. Не могу объяснить. В любом случае, файлы воспринимаю как промежуточный этап появления музыки в окончательном варианте на носителе. Да, это стереотип и пережиток, но по-другому не получается. Хотя, к примеру, флэшку за носитель тяжело принимать, пусть с нее зачастую по качеству и гораздо лучше проигрывается.

Еще одна удивительная штука: файлы у меня всегда делятся на отрезки — я свожу трек, когда до конца остается две минуты. А когда играешь с винила, то начинаешь сводить по ощущениям, тоже такой себе мистический момент. Плюс защищенность от сюрпризов. Даже когда игла скачет, ты можешь это контролировать, в отличие от цифровых зависаний.

«Швейцария. Концерт SCSI-9. Посередине лайва подходит девочка и говорит: „Ой, а поставьте трек Виллалобоса“. Люди иногда вообще не понимают, что происходит, откуда музыка, и как она воспроизводится. Они просто пришли в клуб»

Joss: Давай возьмем выступления суперзвезд: джазовых, поп, рок-музыкантов… Ну, Depeche Mode, допустим. Можно привезти барабанную установку, которая капризная, хрупкая и занимает много места. А можно MIDI-барабаны — современные ведь звучат очень круто. Но люди такого уровня возят всё равно настоящие установки, инструменты.

Kубиков: Конечно, правда такова: кому как нравится, тот пусть то и использует. Есть же смешная история, когда музыканты арендуют студию, используют дорогие гитары, комбики, лимитеры, компрессоры, потом следует сведение-мастеринг… А в результате из потраченного миллиона долларов делают MP3-файл, который стоит один евро. И встает вопрос: как жить-то дальше? Но зато, заметь, сейчас хайп — все покупают виниловые пластинки. Из-за чего кризис у небольших лейблов, потому что те, что покрупнее пару лет назад решили: «Что же это, мы теряем рынок, давайте долю возвращать», и поскольку они могут позволить себе внушительные тиражи, всех остальных отодвинули на задний план. Сравни, где их 10 000 копий, а где стандартные для нас 500? Поэтому очередь сильно увеличилась.

Евгений Joss

Joss: Буквально на днях списывался с заводом в Берлине, мы договорились о печати тиража, и у них хорошие сроки — четыре недели. Но есть нюанс, который работает в Германии, — за физический носитель лейбл обязан должен платить сборы в GEMA. В цифровой дистрибуции такого просто не существует.

Kубиков: Сроки отличные, но многие забивают на эти отчисления на свой страх и риск…

Joss: В Нидерландах закрывают на это глаза, в Британии — тоже. А в Германии даже печатать без GEMA не берутся. Есть, конечно, фабрики в Латвии, Польше, где без отчислений — зато ждать тиража приходится недель по десять. Цены хоть и чуть ниже, но время в этом деле решает. А у вас какие сроки для Pro-tez?

Kубиков: По-моему, от 4 до 8 недель. В каждой стране свои особенности. Та же GEMA — мощная машина по защите авторских прав. Другое дело, что иерархия распределения денег среди артистов неправильная. Для электронного проекта процент возврата денег будет в разы меньше, чем у артиста, исполняющего народную музыку на родном языке.

«Есть такая поговорка: даже на каждую самую странную и неизвестную песню найдется свой японский фанат»

Joss: Pro-tez — российский лейбл в чистом виде, я правильно понимаю?

Kубиков: Ты знаешь, не в чистом. Идея российская, юридически лейбл находится в Лос-Анджелесе, а печатается всё в Европе, потому что дистрибьютор у нас Kompakt. Когда-то первый релиз и изготавливали тоже в США, но встал вопрос: как эти пластинки переправлять. Адская проблема: во-первых, дорого; во-вторых, растаможка. После чего мы решили подписать с Kompakt договор, что они станут заниматься дистрибуцией, а мы — получать с каждой копии стандартную для всех лейблов сумму, которая зависит от продаж. При этом мы сами полностью вкладываемся в тираж, мастеринг и прочее.

Joss: Тогда такой вопрос. Как ты пришел к тому, что вашей команде нужен лейбл? И как вообще сейчас выжить в этом всем, по твоему мнению?

Kубиков: Начну с конца — совершенно непонятно, как выжить. А начинали мы не как лейбл, который будет частью чего-то. Понятно, что у каждого артиста должен быть хороший лейбл. Не обязательно попадать на какой-то известный. Если ты — хороший продюсер, и уверен в своей музыке, то можно договориться с дистрибуцией и сделать свой. Заняться селф-промоушном, грубо говоря — нормальная современная история. Хотя есть и небольшая отрицательная сторона: теперь у каждого свой лейбл, завал на фабриках, кризис перепроизводства. Качество того, что выходит на виниле, конечно, выше, чем в цифре, потому что там по большому счету нет сильных вложений кроме как в промоушн…

Joss: Нет естественного фильтра!

Kубиков: Именно. Компаниям современным выгодно, что у них такое количество талантливых ребят с идеями. И они предоставляют им все эти финансово-технические возможности по созданию релизов и выбрасывают на рынок адское количество материала. В нашем случае о прибыли никогда речи не шло. Мы спустя время умудрились выйти в ноль, где примерно и держимся.

А как начался твой лейбл Artreform?

Joss: Это 2010 год. У нас накопилось треков восемь, которые были достойны выпуска, но попытки их присторить не увенчались успехом. Дистрибуцию начали сами в интернете искать, перепробовали несколько с разным успехом. Построили студию в Киеве…

Kубиков: И что, получилось выйти в плюс?

Joss: Тоже в районе нуля. Была пара релизов, которые продавались хорошо, и мы их допечатывали. В целом, получается что виниловый лейбл — это промо, инструмент для самовыражения.

Kубиков: Да, пластинка — это реклама. Для любого артиста: выходит релиз — зовут играть. Релиз не выходит — играть не зовут.

«Продав один релиз своего лейбла, можно купить для себя сто пластинок — прекрасная инвестиция»

Joss: Ну и напоследок вопрос, чем ты занят прямо сейчас?

Kубиков: Жду выхода эмбиентного альбома на Kompakt. Потихоньку собирается дабовая программа для выступлений и альбома на Pro-tez. Параллельно же теперь есть еще проект Juras Lietus — это исключительно аналог, модуляры, драм-машины, педали, без компьютера. А самая главная новость в том, что мы с Максимом Милютенко спустя достаточно длительный перерыв — потому что я переехал в Прагу и студия осталась в Москве, свою пришлось строить заново — за май собрали новую концертную программу, съездили в Брюссель, отыграли и поняли, что эти эскизы достойны того, чтобы их довести до ума. С этой недели начали записывать композиции для нового альбома. До конца лета надеемся собрать 12–14 треков, посмотреть на них, скомпилировать в альбом и заняться промоушном.

Joss: Лайвы — это, конечно, совсем другая энергетика. Я для своего проекта сейчас тоже работаю над живыми выступлениями. Только вы с Максимом вместе, а мне приходится пока одному это делать.

Kубиков: Ну как Juras Lietus я один. А вообще когда мы с Максом делаем треки для SCSI-9, они становятся общими. И мы удваиваем сетап: я использую свой, накопленный за несколько лет, он — свой. И тот концерт, что мы отыграли, это для нас был новый опыт, потому что мы поменяли весь алгоритм. Раньше играли с двух компьютеров и двух Logic в синхронизации, теперь используем Ableton как мозг, а вокруг весь наш новый модульный обвес. То есть мы можем играть вещи и морфировать их как угодно. На альбоме будут одни треки, а те, что получаются во время игры — совсем другие. И это прекрасно. Поэтому это и называется лайв.

30 июня 2017

Подпишись на наш Facebook

и узнавай о новостях первым!
amazingly 1 июля 2017 22:48
классное и интересное интервью !!! удачи вам !
в моей коллекции около 1000 виниловых пластинок с самой разной музыкой (от классической ... до free jazz и даже тяжелого брейк-бита 90-х ) всем мира и добра !
Ответить  
A-Mase 2 июля 2017 9:04
супер!
Ответить  
uncle FRED 2 июля 2017 21:23
Супер, очень интересно
Ответить  
Efgen 6 июля 2017 9:32
Ждем вью от Саши Кактуса
Ответить  
noisemate 7 июля 2017 10:31
И не только!
Ответить  
Eminence grise 6 июля 2017 15:24
хорошее интервью, спасибо!
Ответить  
DJ VVV 7 июля 2017 8:13
Kubikov respect!
Ответить  
Написать комментарий
Ваш комментарий